— Примите мои извинения, мисс Саварол. Я уверен, что у вас много достоинств… Тетушка, если я больше не нужен, то до встречи сегодня вечером.
— Я не только на бал, даже в музей не пошла бы с вами!
— О каком музее ты говоришь, девочка моя? Лайонел безразлично посмотрел на Диану.
— Я не приглашал вас, мисс Саварол, хотя мысль о лондонском Тауэре кажется интересной. Увидимся вечером, леди.
Он откланялся, радуясь, что не он будет выслушивать гневную тираду Люции, а эта мерзкая, язвительная девчонка — самодовольная и желтолицая.
— Милорд! — прямой и мрачно-торжественный Дидье протянул Лайонелу трость и перчатки.
Лайонел насмешливо поглядел на дворецкого:
— К несчастью, я еще вернусь, Дидье.
Ему показалось, что из гостиной доносятся визгливые голоса. Не мешкая, он покинул дом. Направляясь на Пиккадилли, он вспомнил замечание Дианы и решил про себя: «Вовсе я не выгляжу бледным и больным».
Он пришел расслабиться в боксерский салун «Джентльмен Джексон». «Я вовсе не больной», — думал Лайонел, глядя на Джимми Крокена, лежащего у его ног с разбитым носом.
Глава 2
Приходится грести тем веслом, что досталось.
В большом зеркале Диана разглядывала свое отражение, рассматривая выпирающую из платья грудь.
Она рассмеялась, потом вздохнула, наблюдая при этом за пышной грудью: останется ли она там, где ей положено быть? К удивлению, все было в порядке, по крайней мере пока, заметила она про себя. На балу вечером нужно воздерживаться от слишком резких или эмоциональных жестов. Девушка попробовала немного ссутулить плечи, стараясь сократить объем груди, но это ей не понравилось. Что ж, с этим ничего не поделаешь, решила она.