— Возьмите, — сказал он, протянув тетушке бокал. Люция чуть-чуть отпила, громко всхлипнула и постаралась выдавить еще слезу, чтобы у них на глазах вытереть ее.

Затем предусмотрительно прикрыла глаза платком.

— Диана, дорогая моя, — с дрожью в голосе проговорила она, — найди, пожалуйста, Грамбер и попроси ее принести мои нюхательные соли.

Диана поняла маневр тетушки, которая постаралась удалить ее из комнаты. Девушка с готовностью покинула гостиную. Диана надеялась, что Люция пустит в ход свой острый язычок против этого грубияна — ее дальнего родственника.

— Прекрасное представление, Люция! — воскликнул Лайонел, скрестив на груди руки и насмешливо глядя на тетушку.

— Спасибо, мальчик мой. А теперь скажи, почему тебе не понравилась твоя кузина?

— Я даже не знаком с этой кузиной… или кем она там мне приходится. А вообще, что она здесь делает?

— Если ты присядешь, я тебе расскажу. Лайонел сел.

— Ее отец Люсьен Саварол попросил меня об опеке над ней в течение одного сезона. Мне было непонятно, почему речь шла только об одном сезоне. Оказывается, Диана не хочет оставаться здесь дольше. Боюсь, что за это время я не смогу найти ей жениха: она язвительная, как ты заметил, очень гордая, а самое главное — ей здесь совершенно не нравится. — Люция посмотрела на своего собеседника так, как могла смотреть только она. — Потом явился ты и повел себя очень глупо. Ты меня расстроил, Лайонел. Я рассчитывала на твою помощь, надеялась, что ты примешь в ней участие и поможешь ей, воспользовавшись своими связями.

— У нее дурные манеры.

— Ты сам провоцировал ее на резкость!

— Она уродина.

— Глупец! У нее удивительные светлые волосы! А ее высокие скулы?! Она как две капли воды похожа на свою маму, которую, как мне говорили, считали красавицей. А что касается ее туалетов, то все уже куплено. Платье, в котором она будет вечером, прелестное и модное.